Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услал..
Бывало в простоте, в безмолвии вы жили, А нынче стали знать мазурку и кадрили. Ну, право, тяжкий грех, оставьте этот вздор; Смотрите, вот на вас составлен у:х собор...
Да уж подождем; наше дело такое, что дожидаться. 2-й крестьянин. И подождешь, ничего не поделаешь... Мы еще позапрошлую осень лес возили на баньку...
Повесть И.С.Тургенева «Ася» это скорее драма, драма этой самой девушки Аси. Она встречает в своей жизни Н.Н.-молодого человека, который привлекает не только ее, но и который нравится ее брату, весьма начитанному и интеллигентному молодому человеку. Может быть подействовала обстановка - прекрасный Рейн течет мимо тихого и спокойного городка Л., в котором не было более развлечений, чем смотреть на развалины, да раз в году любоваться студентами на студенческом празднике. Но она влюбилась! И влюбилась впервые! Она в замешательстве - не знает, что ей делать. Она считает себя недостойной этой любви из-за своего прошлого, она боится этой любви, но как говорится: «сердцу не прикажешь…». Она не желает говорить о своих родителях. А проблема всего лишь в том, что ей просто-напросто не хватает воспитания, именно воспитания. Да, она умна и чиста в своих помыслах и действиях. Но в свои восемнадцать лет она все еще ребенок, а почему? До девяти лет она растет со своей матерью, женщиной строгой и бедной. Потом, потеряв мать, она живет у отца, который не занимается ее воспитанием, но выполняет все ее прихоти. Наверно, он чувствует вину за свой грех. Ублажая свою дочь, он успокаивает свою душу, а не душу Аси. А в тринадцать лет она, вообще, остается на попечении у сводного брата. Не найдя ничего лучше, да и что он мог в таком положении, он отдает ее в пансион. Там она еще больше растеряна. Она выполняет, что от нее требуют - она отлично учится, но душевное равновесие не достигнуто. Она потеряна как ребенок. Над ней смеются ровесницы, а в подруги она находит всего лишь загнанную, некрасивую одноклассницу, которая так же была бедна как она когда-то. Вот оно ее прошлое, которого она стесняется и которое, по ее мнению, помешает ей в жизни. Но от кого она стесняется, от кого скрывает она свою жизнь. От этого тщедушного человечишки, у которого даже не хватило смелости признаться в своих чувствах. Он поступил низко и подло, он также успокаивает свою душу, но не находит успокоения, а наоборот на всю жизнь лишается покоя из-за мысли, что так грубо отверг чистую и нежную любовь Аси.
Чернышевский Н.Г. называет героев повести именами шекспировских героев, но Н.Н. этого не достоин! Он не пошел, в отличие от Ромео, до конца жизни за свою любовь. В свои двадцать пять не смог принять решение, от которого зависела жизнь и Аси и его самого. Он еще мелок своей душонкой принимать жизненно важные решения. Хотя Ромео и Джульетте было всего лишь по шестнадцать лет…
И еще автор статьи обвиняет привычки общества, обвиняет время в этих поступках, но я считаю, что это неправильно, потому, что настоящими мужчинами становятся вне зависимости от времени, места и окружения. Просто этот молодой человек, только недавно окончивший учебу, решил «посмотреть мир Божий» и видимо себя показать, оказался не готовым к принятию серьезных решений и изменений в своей жизни. Он не знал более забот, чем вести пустые разговоры, за которыми проходили сутки напролет. Говорили они очень красиво, и получалось у них все так складно с Гагиным. Но на самом деле Н.Н. оказался неспособным на геройский поступок, который требовала от него Любовь. Говорить всегда легче, чем делать. Поэтому, я считаю, что права Ася, что ушла, уехала и забыла такого человечка как Н.Н. Это больно и трудно пережить, но я надеюсь, что такая прелестная и открытая девушка Ася нашла все-таки свое счастье в жизни, несмотря на то, что ее первые чистые чувства разбились о нерешительность Н.Н
Тем временем:
... Это может быть только Георг Фогель, Петер Дингельдайн или я, потому как мы трое - самые старослужащие. Ты должен устроить, чтобы тех двоих услали на заготовку фуража - тогда фельдфебелю придется назначить меня. Йонас вытаращил глаза. - И во время этой поездки ты намерен ускользнуть у старика из-под носа? Ну нет, ты точно спятил! На это Шубкель, который все хорошенько обмозговал, возразил: - Говорю же, тебе не о чем беспокоиться. До сих пор, из дружеского расположения, ты защищал меня от назначения в караул, а теперь - опять-таки из дружеского расположения - я прошу тебя это устроить. Тебе ничто не грозит, а я буду по гроб жизни благодарен и обещаю оказать любую услугу, какой ты от меня потребуешь. Теперь Йонас сообразил, что Шубкель не шутит, и его даже пот прошиб. - И ты думаешь, будто из дружеского расположения я помогу тебе подвести себя под прогнание сквозь строй? - Ничего не поделаешь, дружище, я должен отсюда убраться. Исполни мою просьбу - не будет беды ни для тебя, ни для меня. А если откажешься, придется искать другой, ненадежный путь - тогда, может статься, меня схватят и впрямь прогонят сквозь строй, и этот грех падет на твою душу. Шубкель продолжал уговаривать приятеля, а у капрала делалось все тоскливее и неуютней на душе, потому как он думал, что лишится друга. Но в конце концов он не мог больше противиться и скрепя сердце обещал Шубкелю исполнить его просьбу. Ландграф, который был человеком въедливым и педантичным, строго различал большой и малый выезд. При большом он выезжал в карете, в сопровождении эскорта из гусар и приличного числа верховых офицеров. Но поскольку была зима, он отдавал предпочтение малому выезду: то есть ехал один в санях, где на козлах, рядом с кучером сидел только его гайдук. Однако сзади, на подножке, стоял гренадер с ружьем на караул, и так как в этом положении должен был он оставаться при самом жестоком морозе зачастую по многу часов, не имея возможности ухватиться за что-нибудь, когда сани подбрасывало на ухабах или при поворотах швыряло из стороны в сторону, он был пристегнут под коленями к двум железным ручкам - изобретение, которым ландграф очень гордился...
